barjaktarevic (barjaktarevic) wrote,
barjaktarevic
barjaktarevic

Знаки без означаемого

Когда я в 2018 году разбирал дедушкин погреб, попалась мне в руки одна книжица, брошюра почти формата А-4, страниц сто, с обложкой в крупную ярко-розовую полоску. Это оказался сборник докладов какой-то провинциальной партийной конференции начала 1980-х годов. Я просмотрел оглавление, потом прошёлся по докладам, потом вчитался... Осенний ветер, тогда уже дышавший холодом предзимья, лез в лицо, вышибал слезу из глаз, но я всё читал, потому что не мог оторваться от волшебного ощущения. Книжка была поистине уникальной. В стостраничной брошюре не содержалось ни одной подлинной, живой мысли. Это был идеальный кристалл Серпинского, где каждая грань отражала только саму себя, умноженную на сотню таких же одинаковых граней. В наборе выверенных, идеологически безупречных фраз про углубление и дальнейшее совершенствование, в россыпях цитат классиков марксизма и "дорогого Леонида Ильича" вкупе с Андроповым (доклады писались на сломе эпох) - была высшая математика, хор знаков, всегда равных самим себе и не касающихся реальности ни единой гранью, ни единой нотой. Во всём этом была магия, всегда присущая подлинному рационализму. Марксистская брошюра была сгустком тончайшей метафизики, по сравнению с которой "Слово о смерти" Св. Игнатия Ставропольского - просто пример эмпирики в духе Бэкона и Франклина. Да, бывает негативная метафизика, и марксистские экзерсисы 1980-х годов были именно негативной, чёрной метафизикой, киммерийской тьмой, заслонявшей русский "свет веков", о котором ещё в 1960- гг. полу-прикровенно писал Солоухин (Свет Христов, конечно!). Пока первые и третьи секретари корпели над многостраничной макулатурой, в Алма-Ате уже раздавались заточки и ковырялись кирпичи, уже подбирались английскими кураторами ребята-ёжики, в голенищах ножики, для первой гекатомбы на могиле ещё живого Союза. Я слушал пять или шесть рассказов очевидцев о погроме в Алма-Ате, и меня всегда поражало - да как же мог всесильный КГБ проморгать подготовку этой кровавой бани... Ведь такое за неделю, даже за месяц не подготовишь, нужны годы... А потом, с разницей в месяцы (если не недели) , полыхнул Карабах.
В общем, дорого нам обошлись многостраничные салфетки Серпинского в обёртках из шерсти розовых единорогов.
И что же я вижу сегодня? Знаки без означаемого шагнули со страниц в политику. Один (одна) ноль без палочки сидит в Вильнюсе, и её воспринимают как нечто значащее, как "президента" (не все и не сразу, но поршень Глубинного государства давит в пользу мадам Тиханаускене с нарастающим усилием). Другой ноль готовится к выписке из немецкой клиники, и с ним ручкаются официальные лица.
Болезнь чёрной метафизики ослепила глаза Запада.
А.П.
Tags: средний европеец как орудие разрушения
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author